Мои родители были почтмейстерами, я очень много времени проводил с ними и в тот момент, в школе, моя учительница заметила талант к писательству и сочинению рассказов. Подростком я стал подрабатывать на почте и даже однажды принял сообщение по радио. Мать, осознавая мои способности, настаивала, чтобы учёба была у меня была на первом месте, и меньше других занимала меня по хозяйству. Я  работал на почте дежурным, забирая утреннюю четырёхчасовую корреспонденцию и развозя её по адресатам, после чего ехал на велосипеде в школу — в среднем получалось 10 миль за день, ещё умудрялся прочитывать в день по две книги. В те времена не было телевизоров, вот в чём разница

Во второй половине 1920-х годов я увлёкся строительством самодельных телескопов, экспериментировал с линзами и добился оптического разрешения, позволившего систематически наблюдать Луну (в шутку говорил, что лучше ориентировался на спутнике Земли, чем в Сомерсете). Сохранилось несколько блокнотов, заполненных астрономическими рисунками лунных кратеров; кроме того, через кальку перерисовал звёздные карты из популярной книги Роберта Болла «История небес». А рабочим кабинетом и лабораторией служила бывшая гостиная. В подарок на Рождество я получил американский конструктор, позволивший соорудить треногу для телескопа, прослужившую мне много лет.

Поступив в магистратуру по астрономии, я продолжал писать. За годы, проведённые в колледже, свет увидели два рассказа, один из которых — «Пришествие ночи». После первого семестра я  отчислился и по рекомендации декана получил должность помощника редактора в журнале Physics Abstracts — одном из базовых реферативных журналов по естественным наукам. Я как новоиспечённый редактор  охотно писал рефераты и включил в индекс издания направление «астронавтика», но в итоге проработал меньше года. Убедившись, что «доход от досуга», то есть фантастических и научно-популярных публикаций, превышал отдачу от постоянной работы, принял решение стать профессиональным писателем. В 1950 году я подписал договор с издательством Temple Press на научно-популярную книгу «Межпланетный полёт»

 Первый закон : «Если заслуженный, но пожилой ученый заявляет, что нечто возможно — он конечно же прав. Когда же он заявляет, что это невозможно — он вероятнее всего ошибается». «Пожилым» Кларк считает ученого после 30 лет в физике, математике и астронавтике, после 40 лет — в других дисциплинах. Конечно же встречаются исключения, но после 50 лет их нет. Второй закон: «Единственный путь обнаружения пределов возможного состоит в том, чтобы отважиться сделать один шаг в невозможное». Третий закон: «Любая перспективная техника неотделима от волшебства».

Так как трех законов было достаточно для обоих Исааков — Ньютона (Isaac Newton) и Азимова (Isaac Asimov) — я решил остановиться на этой цифре». Тем не менее я продолжал формулировать свои законы и во 2-м приложении к книге «Файл Одиссеи» приводит 69-й закон: «Чтение руководства пользователя без наличия компьютера — это то же самое, что чтение инструкций по сексу без сексуального контакта».

К началу 1964 года Стэнли Кубрик обдумывал начало нового кинопроекта, который должен был являться в буквальном смысле «внеземным». Мой агент Скотт Мередит был знаком с режиссёром ещё с начала 1960-х годов, и предложил ознакомиться с моими  произведениями, а Кубрик написал мне на Цейлон. Я любитель кино, видел кубриковскую «Лолиту» и быстро заинтересовался сотрудничеством.

Личная встреча состоялась 22 апреля 1964 года в Нью-Йорке, причём, Кубрик с самого начала представлял, чего добивается — истории о взаимоотношениях человека и Вселенной. Договор на производство «Космической одиссеи 2001 года» со студией MGM был подписан 14 января 1965 года, а совместный «мозговой штурм» не прекращался до самого выпуска фильма в прокат, параллельно я стал превращать сценарные идеи в роман. Главной его концепцией стало косвенное присутствие инопланетян как в тексте, так и на экране, ибо, «если изобразить внеземлян, они всё испортят»

Меня раздражало, что Кубрик запрещал подписывать контракт на книгу, так как я хотел выпустить новый роман ко времени окончания фильма; разрешение в итоге мне удалось получить только в 1968-м. После первых показов и выпуска фильма на большой экран в марте — апреле 1968 года последовали прямо противоположные отзывы на произведение.

Фильм в итоге номинировался на четыре награды Американской киноакадемии, в том числе за лучший оригинальный сценарий (Кубрик и я шли как соавторы), получив награду за лучшие визуальные эффекты. Права на роман «2001: Космическая одиссея» были куплены за 130 000 долларов «Новой американской библиотекой», и в первый год разошлось более миллиона экземпляров книги в мягкой обложке.

Здоровье ухудшилось, я не мог держать равновесие, с трудом передвигался и быстро утомлялся. В лондонском Национальном центре заболеваний нервной системы, поставили диагноз «боковой амиотрофический склероз». В этот момент я от Американской ассоциацией писателей-фантастов был признан Грандмастером «Небьюлы». Я был счастлив, но с другой стороны было тяжело.