Интервью передаче «проСвет» Дмитрия Диброва, 4 октября 2005«…дайте определение, в чем смысл жизни?…
…Вы-то тоже здесь по страсти. Вы пришли ко мне сегодня, потому что выхотели прийти. Не потому, что это ваша работа, а потому что вам нравятся книги Рэя Бредбери, я же вижу. И это выше, чем слава. Ибо любовь — это всё…
…Как тут Бондарчук закричал: «Рэй! Брэдбери! Это вы?» И он подлетел ко мне, сграбастал меня в объятиях, потащил вовнутрь, схватил бутылку «Столичной», усадил за свой стол, где сидели его близкие друзья. И все режиссеры, стоявшие в очереди, — самые известные режиссеры в истории Голливуда, недоумевали: «Кто этот Брэдбери?…»
Вот вы только что упомянули рассказ, который никто никогда не вспоминает — историю Элен Льюис и Билла Форрестера, обычно все спрашивают про прогнозы на будущее. Значит, мы с вами говорим на одном языке. Потому что вы упомянули сюжет, который я сам люблю больше всего.
Интервью издания «Аргументы и факты», 2005«... Я не был бы без Толстого тем, кто я есть сейчас. Именно от него я научился, что главы романа должны быть короткими, как в „Анне Карениной“. Конечно, в моем развитии как писателя огромную роль также сыграли Чехов и Пушкин, хоть они и не писали ничего про космос (смеётся)...
...я хотел бы быть похороненным на Марсе — это абсолютно серьезно. Ведь тогда я стану первым покойником, зарытым в марсианской почве, и мое тщеславие это утешит (смеётся). Пусть даже мой прах привезут туда в консервной банке, я не возражаю...»
Интервью издания «Аргументы и факты» к 90-летию писателя, 2010«...Представьте себе заголовки во всех газетах мира — «Брэдбери исполнилось сто лет!». Мне сразу выдадут какую-нибудь премию: просто за то, что я ещё не умер...»
«...Теперь меня называют живым классиком. Не могу сказать, что мне это нравится, но определённо звучит лучше, нежели „мёртвый классик“...»