На строение мира и человека нет никакой управы, кроме самоубийства или нирваны.
( I )
биография
Биография
Станислав Герман Лем родился 12 сентября 1921 в городе Львов, Польша. Умер — 27 марта 2006 года. Польский философ, писатель, критик, эссеист. Его книги переведены на более 40 языков, а их общий тираж составляет около 30 млн экземпляров.
( II )
галерея
-Расскажите про первые шаги в литературной деятельности. Как известно, вы учились в медицинском университете, даже успели поработать по специальности. Почему выбрали другой путь?
-Я вообще собирался устроиться автомехаником. Но отец настоял, чтобы я продолжил изучать медицину в Ягеллонском университете. Считал, из меня получился бы отличный врач. Во время обучения стал подрабатывать в журнале «Жизнь науки». Да, я действительно успел поработать по специальности, устроился врачом-гинекологом в городской поликлинике и успел принять 26 родов! Этот опыт оказал влияние на мое творчество, особенно на раннем этапе. Я прекрасно понимал своих персонажей и их переживания. Что касается литературы, я продолжил писать. В 1946 году польский журнал купил у меня небольшой роман «Человек с Марса». Туда входило 17 рассказов, 12 стихотворений и один перевод русского стихотворения. Но моему поэтическому творчеству я никогда не придавал особого значения.
-Многие читатели относят вас к философам. Вы придерживаетесь собственной философии, или есть личности, которые вам наиболее близки?
-Моя философия или, точнее, мои философские представления не последовательны и не слишком систематичны; то есть я не отношу себя в полной мере ни к одной из философских школ. В некотором смысле я своего рода многосторонний еретик, перед лицом этих различных школ и систем. Я не пишу с целью популяризировать определённые философские концепции просто потому, что вообще не думаю о них, когда пишу. А феноменологов — Хайдеггера и Гуссерля, и особенно этого сумасшедшего Дерриду с его неоклассицистским теоретизированием – я абсолютно не переношу.
-Как вы смотрите на будущее человечества?
-Ну конечно, как человек, который прожил восемьдесят четыре года. Знаете, сначала предвоенная Польша, потом Советский Союз, потом немецкая оккупация, потом опять вошёл Советский Союз, потом переселение в Западную Польшу, ну и потом необыкновенное, неожиданное возникновение независимого польского государства, и большие надежды на то, как всё будет прекрасно, а все рухнуло. Надо привыкать к тому, что всё переменяется.
личное
Барбара и Станислав прожили в счастливом браке 53 года. «У меня есть жена и ребёнок, которых я очень люблю», — часто повторял Лем в своих интервью. Его спрашивали о книгах, о политике, а ему всю жизнь хотелось говорить о любви — первой, единственной, самой главной.
тема войны
Лем написал “Больницу преображения” и “Глас Господа” - там он напрямую затрагивал тему войны. А завуалированно - во всех остальных своих книгах. Большую часть сюжетов он черпал из собственного прошлого, но иногда использовал воспоминания выживших друзей и знакомых. К сожалению, после оккупации их практически не осталось: немцы зверски уничтожили почти 90% львовских евреев.
К рубежу десятилетия писательская судьба Лема не складывалась. Его рассказы и научно-популярные тексты изредка публиковались. Поворотным моментом в писательской карьере Лема стало знакомство с главой издательства «Czytelnik» Ежи Паньским. Согласно воспоминаниям Лема, спасаясь от аллергии в Закопане, он разговорился с Паньским на тему отсутствия в социалистической Польше своей фантастики, в результате чего возникла идея написать роман в духе Герберта Уэллса и Жюля Верна. Вскоре от издательства поступил официальный заказ на книгу для молодёжи, а в следующем году вышел роман «Астронавты».
-Где писатель-фантаст должен искать новые идеи?
-Думаю, что очень много интересного дает сама наука. Знакомясь с ее проблематикой, мы находим материал, который потом можно использовать в фантастических произведениях. Но чтобы не ошибиться в выборе да и не напутать чего-либо, надо, конечно, основательно разбираться в науке. Писателю-фантасту жизненно необходимы встречи с людьми других профессий, в частности с учеными.
01
- Экранизация «Солярис». Как это было?
-Несмотря на уважение к Тарковскому, я не переношу его «Солярис». Ровно шесть недель я без особого успеха пытался убедить Тарковского отказаться от различных курьёзных идей. Поразительным образом сценарий слишком уж расходился с идеей романа. Окончательный внутренний смысл фильма диаметрально отличался от того, что нёс роман. Я считал, что космос — это резиденция явлений и загадок, которые стоит познать, замыслом же Тарковского было показать, что это место весьма неприятное и даже ужасное и что оттуда надо как можно скорее возвращаться на Землю. Он снял совсем не «Солярис», а «Преступление и наказание» Что касается голливудской экранизации, я думал, что худшим был «Солярис» Тарковского…
02
-Мы одни во Вселенной?
-Я думаю, что они есть, но такой дистанции, что в течение одной человеческой жизни не доедешь. В нашей галактике никого нет, скажем, на 99 процентов, а в других — наверное, есть, считая просто по теории вероятности. Но, во-первых, им неинтересно с нами общаться, а во-вторых, это энергетически очень сложно — это вам не на другую сторону улицы перейти. И даже если умозрительно скажем, что где-то на расстоянии ста миллионов световых лет есть какая-то человекоподобная цивилизация, то каким образом мы можем с ними связаться? Они, может, и есть, но мы о них никогда не узнаем.
03
Вся информация и фотографии взяты из открытых источников. Текст переработан и обработан лично мной.
